Переживание отрицания

Существует множество разновидностей переживания недостатка или

отсутствия и множество тонких различий между переживанием отрицания и

отрицанием переживания.

Любое переживание как активно, так и пассивно- единство данного и

истолкованного. И построение, помещаемое на то, что дано, может быть

положительным и отрицательным: это то, что человек хочет, или чего боится,

или готовится принять, или не принять. Элемент отрицания

присутствует в любом взаимоотношении и в любом переживании

взаимоотношения. Разница между отсутствием взаимоотношений и переживанием

каждого взаимоотношения как отсугствия -это различие между одиночеством и

постоянной уединенностью, между временной надеждой или безнадежностью и

нескончаемым отчаянием. Роль, которую, но своим ощущениям, я играю в

создании такого положения вещей, определяет то, что, по моим ощущениям, я

могу Переживание отрицания или должен сделать в отношении этого.

Первым намеком на небытие, возможно, была грудь или мать в качестве

отсутствующих. Кажется, это было предположение Фрейда. Уинникотт пишет о

"дыре", сотворении ничто посредством поглощения груди. Бион относит

происхождение мышления к переживанию не-груди. По выражению Сартра,

человеческое существо не создает бытие, но скорее вводит небытие в мир, в

исходную полноту бытия.

Ничто, как переживание, возникает как отсутствие кого-то или чего-то.

Нет друзей, нет взаимоотношений, нет радости, нет смысла в жизни, нет идей,

нет счастья, нет денег. Применительно к частям тела -нет груди, нет пениса,

нет ни здоровых, ни больных внутренностей - пустота. Перечень в принципе

бесконечен. Возьмите что угодно Переживание отрицания и вообразите отсутствие этого.

Бытие и небытие - центральная тема любой философии и на Востоке, и на

Западе. Такие выражение -не безвредные и невинные словесные украшения, разве

что в профессиональном философствовании декаданса.

Мы боимся достичь бездонной и безграничной беспочвенности всего сущего.

"Бояться нечего". Высшее успокоение и высший ужас.

Мы переживаем объекты нашего переживания как находящиеся там, во

внешнем мире. Источник нашего переживания, видимо, находится вне нас самих.

При творческом переживании мы переживаем источник сотворенных образов, форм,

звуков находящимся внугри нас, но по-прежнему за нашими пределами. Цвета

исходят из источника до-света, самого по себе не зажженного, звуки - из

тишины, образы - из бесформенного. Такой дообразный Переживание отрицания до-свет, такой до-звук,

такая до-форма есть ничто, но, однако, это источник всего сотворенного.

Мы отделены друг от друга и связаны друг с другом физически. Личности

как воплощенные бытия связаны друг с другом посредством пространства. И мы

отделены и соединены нашими точками зрения, образованием, прошлым,

организациями, группами, членством, идеологиями, социально-экономическими

интересами класса, темпераментами. Эти социальные "вещи", объединяющие нас,

являются в то же время . в е щ а м и, множеством социальных вымыслов, что

встают между нами. А если бы мы смогли отбросить все эти необходимости и

случайности и открыть друг другу свое обнаженное присутствие? Если вы



выкинете все - любые одеяния, маски Переживание отрицания, костыли, грим, а также общественные

проекты, игры, дающие нам повод нарядить их в маскарадные костюмы собраний и

заседаний,- если бы мы смогли встретиться, если бы был такой случай,

счастливое совпадение человеческих существ, что бы нас сейчас разделяло?

Двое людей, между которыми и в начале и в конце ничего нет. Между нами

ничто. Ничто. То, что в действительности "между", нельзя назвать ни одной

вещью, находящейся между. Между -это само ничто.

Если я рисую что-то на листе бумага, то вот действие, которое я

предпринимаю на основе своего переживания своего положения. Что я сам

переживаю в качестве действия и какое у меня намерение? Пытаюсь ли Переживание отрицания я

передать кому-то нечто (сообщение)? Перестраиваю ли я части какой-то

внутренней головоломки (намерение)? Пытаюсь ли я раскрыть свойства этого

вновь появляющегося гештальта (открытие)? Удивлен ли я, что появляется

нечто, чего раньше не существовало? Что эти строки не существовали на этой

странице до того, как я их написал? Здесь мы подходим к переживанию творения

и ничто.

То, что мы называем стихом, составлено из сообщения, намерения,

оплодотворения, открытия, производства и сотворения. В борьбе намерений и

побуждений произошло чудо. Под солнцем есть нечто новое: бытие возникло из

небытия, из камня забил ключ.

Без чуда ничего не происходит. Машины уже стали общаться друг с другом

успешнее, чем человек с человеком. Ситуация -иронична Переживание отрицания. Все больше и больше

интереса к сообщению, все меньше и меньше интереса сообщить.

Мы не так уж заняты переживаниями "заполнения пробелов" в теории

познания, заполнения дыры, занятия пустого пространства. Вопрос не во

вставлении чего-то в нечто иное, но в сотворении чего-то из ничего. Ex

nihilo. То ничто, из которого возникает творение, в чистом виде не пустое

пространство и не пустой промежуток времени.

В вопросе небытия мы находимся на внешних границах того, что

установлено языком, но мы можем показать языком, почему язык не может

сказать того, чего он не может сказать. Я не могу сказать того, что не может

быть сказано, но звуки могут заставить нас слушать Переживание отрицания тишину. В рамках языка

возможно показать, когда должно начаться многоточие... Но, используя слово,

букву, звук, ОМ, нельзя сложить звук с беззвучностью, имя с неименуемым.

Тишину до-сотворения, выраженную в языке и посредством языка, нельзя

выразить языком. Но язык можно использовать для того, чтобы описать то, что

он не может сказать,-пробелами, пустотами и описками, решеткой слов,

синтаксиса, звучания и значения. Модуляции высоты и громкости точно

изображают форму, не заполняя пространства между строк. Но грубая ошибка -

принимать строки за модель или модель за то, что она моделирует.

Наиболее основополагающе человек не вовлечен ни в открытие

существующего, ни в сообщение, ни в намерение. Он Переживание отрицания делает бытие способным

возникнуть из небытия.

Переживание бытия действительного посредника непрерывного процесса

творения проводит мимо любого подавления, или гонения, или суетной славы,

даже мимо беспорядка и пустоты, и вводит в само чудо того непрерывного

полета небытия в бытие. Оно может стать возможностью того великого

освобождения, когда осуществляется переход бытия, боящегося ничто, к

осознанию того, что нечего бояться. Тем не менее очень легко сбиться с пути

на любой стадии.

Здесь может ждать огромная радость, но также легко быть искалеченным

этим процессом или слиться с ним. Он будет требовать акта воображения от

тех, кто не знает из своего собственного опыта, что за ад эта пограничная

полоса между бытием и небытием Переживание отрицания. Но воображение для этого и существует.

Положение, или позиция, человека по отношению к этому акту, или

процессу, может стать решающим с точки зрения безумия или душевного

здоровья.

Есть люди, которые чувствуют, что призваны даже самих себя производить

из ничто, поскольку подспудное чувство в них говорит, что они не были

сотворены должным образом или были сотворены только для разрушения.

Если нет ни смысла, ни ценностей, ни источника поддержки или помощи, то

человек как творец должен изобретать, призывать смыслы и ценности, поддержку

и помощь из ничто. Он -волшебник.

Человек в самом деле может создать нечто новое - стих, картину,

скульптуру, систему идей, размышлять о том, о чем Переживание отрицания никто никогда не

размышлял, видеть так, как никто никогда не видел. Небольшая выгода

заключается в том, что он, вероятно, происходит из своего собственного

творчества. Фантазия не видоизменена подобным "действием", даже самая

возвышенная. Судьба, ожидающая творца после того, как его не замечают,

замалчивают, презирают, состоит в том, чтобы -к счастью или к несчастью, в

зависимости от точки зрения,- быть открытым чем-то нетворческим.

Бывают неожиданные, даже необъяснимые самоубийства, которые должны

пониматься как рассвет надежды, столь ужасный и мучительный, что он

невыносим.

При нашем "нормальном" отчуждении от бытия личность, обладающая опасным

знанием о небытии того, что мы принимаем за бытие (псевдожелания,

псевдоценности, псевдодействительность эндемических заблуждений о том, что

принимается за жизнь, смерть и Переживание отрицания т. п.), в современную эпоху являет миру

творческие акты, которые мы презираем и страстно желаем.

Слова в стихе, звуки в движении, ритм в пространстве пытаются увести

обратно в личностное пространство и время личностное значение из звуков и

форм обезличенного, обесчеловеченного мира. Они являются плацдармом на чужой

территории. Они представляют собой мятеж. Их источник - Безмолвие в

сердцевине каждого из нас. Когда бы и где бы во внешнем мире ни появлялся

подобный вихрь оформленного звука и пространства, сила, что содержится в

нем, порождает новые силовые линии, чье воздействие ощущается на протяжении

веков.

Творческое дыхание "исходит из области человека, в которую человек не

может спуститься, даже если б его Переживание отрицания вел Вергилий, ибо Вергилий туда бы не

пошел" (из "Дневников Жана Кокто").

Эта область, область ничто, область безмолвия безмолвии - и есть

источник. Мы забываем, что все мы все время находимся там.

Деятельность должна пониматься с точки зрения переживания, из которого

она возникает. Эти узоры, что таинственным образом воплощают математические

истины, увиденные лишь немногими,- столь прекрасные, столь изящные,-неважно,

что они суть бултыхания и трепыхания тонущего человека.

Мы существуем здесь вне всяких вопросов, за исключением вопросов бытия

и небытия, перевоплощения, рождения, жизни и смерти.

Творение ex nihilo было объявлено невозможным даже для Бога. Но мы

занимаемся чудесами. Нам нужно услышать музыку гитар Брака (Лорка).

С точки зрения человека Переживание отрицания, отчужденного от своего истока, творение

исходит из отчаяния и кончается провалом. Но такой человек не прошел весь

путь до конца времени, до конца пространства, до конца тьмы и до конца

света. Он не знает, что там, где все кончается, все и начинается.

II. ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЕ ПЕРЕЖИВАНИЕ'

За последние двадцать лет психотерапия значительно усложнилась как в

теории, так и на практике. Но, однако, из-за всей этой чрезвычайной

сложности, а порой и путаницы невозможно, как сказал Пастернак, "не впасть,

как в ересь, в неслыханную простоту".

В практике психотерапии само многообразие методов сделало более

очевидной необходимость такой простоты.

Неизменными составляющими психотерапии являются психиатр, пациент, а

также постоянные Переживание отрицания и определенные время и место. Но даже при этом двум людям

встретиться не так легко. Мы все живем надеждой, что подлинная встреча между

человеческими существами все еще может произойти. Психотерапия состоит в

выкидывании прочь всего того, что стоит между нами: бутафории, масок, ролей,

лжи, защит, тревог, проекций и интроекций - короче, всех пережитков

пропитого, которые мы используем по привычке и тайком, умышленно или

неумышленно, в качестве денежных знаков при взаимоотношениях. Именно эти

деньги, эти самые средства воссоздают и усиливают условия отчуждения, что

первоначально послужили им причиной.

Психоанализ внес существенный вклад, пролив свет на такие пережитки и

вынужденные повторения. Сейчас среди психоаналитиков и психиатров наметилась

тенденция сосредоточения не только на Переживание отрицания переносе, не только на том, что

произошло прежде, но и на том, чего прежде никогда не происходило, на новом.

Таким образом, на практике использование толкований для раскрытия прошлого

или даже прошлого-в-настоящем может применяться лишь в качестве одной из

тактик, а в теории предпринимаются

*С точки зрения психиатра.

попытки более глубокого понимания и нахождения терминологии для

непереносных элементов в психиатрии.

Психиатр может позволить себе действовать спонтанно и непредсказуемо.

Он может активно раскрываться, чтобы разрушить старые модели переживания и

поведения. Он может активно усиливать и укреплять новые модели. Теперь можно

услышать о психиатрах, приказывающих, смеющихся, орущих, плачущих, даже

встающих со своего священного стула. Все возрастающее влияние Переживание отрицания со своим

акцентом на озарение, достигаемое посредством внезапного и неожиданного,

оказывает дзэн. Конечно же, подобные методы в руках человека, не

испытывающего неослабное внимание и уважение к пациенту, могли бы оказаться

пагубными. Хотя некоторые общие принципы этих усовершенствований можно

сформулировать, на практике они по-прежнему предназначены - а на самом деле

так всегда и должно быть - для человека, который обладает как совершенно

исключительной властью, так и способностью к импровизации.

Я не стану перечислять все это многообразие практической психотерапии.

Я лучше рассмотрю более подробно критическую функцию теории.

Эти линии роста, что, похоже, распространяются эксцентрично во всех

направлениях, увеличивают потребность в сильной, твердой исходной теории,

которая сможет связать любую практику и теорию с Переживание отрицания основными предметами всех

форм психотерапии. В предыдущей главе я набросал основополагающие

требования, предъявляемые к подобной теории, а именно: нам нужны понятия,

показывающие как взаимодействие, так и взаимное переживание двух личностей и

помогающие нам понять связь между собственным переживанием личности и ее

поведением в контексте взаимоотношений между ними. И мы должны, в свою

очередь, стать способны постичь это взаимоотношение в контексте

соответствующих социальных систем. Более фундаментально критическая теория

должна быть способна поместить все теории и практики в кругозор общего

видения онтологической структуры человека.

Чем нам могут помочь господствующие теории психотерапии? Здесь было бы

заблуждением чересчур четко отделять одну школу от другой. Внутри основного

потока ортодоксального психоанализа и даже между различными Переживание отрицания теориями

объектных взаимоотношений в Великобритании (Фэрберн, Уинникотт, Меланья

Клейн, Бион) существуют различия лишь на уровне упора на что-то. Сходное

положение внутри экзистенциальной школы, или традиции,- Бинсвангер, Босс,

Карузо, Франкль. Можно обнаружить, что каждая теоретическая идиома играет

некоторую роль в мышлении по крайней мере нескольких учеников любой школы. В

худшем случае существуют из ряда вон выходящие теоретические смеси из теории

обучения, этологии, теории систем, анализа общения, теории информации,

анализа взаимодействия, межличностных взаимоотношений, объектных отношений,

теории игр и т. п.

Развитие Фрейдом метапсихологии изменило теоретический контекст, в

котором мы теперь работаем. Для сочувственного понимания положительной

ценности мета-психологии нам придется рассмотреть интеллектуальный климат, в

котором она Переживание отрицания возникла. Многими авторами уже отмечалось, что она

позаимствовала свою движущую силу у попытки рассмотрения человека как

объекта естественно-научных исследований и, таким образом, добилась

признания психоанализом в качестве серьезной и достойной уважения затеи. Не

думаю, что сейчас необходим подобный щит; да и прежде -тоже. А за то, что

мыслишь с метапсихологической точки зрения, платишь очень высокую цену.

Метапсихология Фрейда, Федерна, Рапапорта, Гартмана и Криса не имеет

представлений о какой бы то ни было социальной системе, порожденной более

чем одной личностью в данный момент. Внутри ее рамок нет понятия социального

переживания коллектива, разделяемого или не разделяемого личностями. У такой

теории нет категории "ты", которая существует в трудах Фейербаха, Бубера и

Парсонса Переживание отрицания. Нет способа выразить встречу "Я" с "другим" и влияние одной

личности на другую. У нее нет понятия "меня", за исключением

объективированного это. Это является одной из частей ментального аппарата.

Внутренние объекты суть другие части этой системы. Еще одно эго есть часть

некоей отличающейся части этой системы или структуры. Как два ментальных

аппарата или психические структуры или системы, каждая с собственной

констелляцией внутренних объектов, могут связываться друг с другом,

оставаясь неисследованными? Внутри построений, предлагаемых теорией, такая

возможность кажется непостижимой. Проекция и интроекция сами по себе не

перекроют пропасть между личностями.

Сегодня лишь немногие понимают центральные вопросы сознания и

бессознательного как они понимались ранним психоанализом - как две

овеществленные системы, каждая из Переживание отрицания которых отколота от цельной личности и

составлена из своего рода психического вещества; обе они исключительно

внутри- личностны.

В теории же и на практике центральным является отношение между

личностями. Личности связаны друг с другом посредством их переживания и

посредством их поведения. Теории можно рассматривать с точки зрения упора,

который они делают на переживание или на поведение, и с точки зрения их

способности вычленить взаимоотношение между переживанием и поведением.

Различные школы психоанализа и глубинная психология по крайней мере

признавали существенную значимость переживания каждого человека по отношению

к его поведению. но они оставили непроясненным вопрос, что есть переживание,

и это, в частности, становится очевидно при рассмотрении "бессознательного".

Некоторые Переживание отрицания теории занимаются скорее взаимодействием людей без ссылок на

переживание деятелей. Точно так же как любая теория, сосредотачивающаяся на

переживании и пренебрегающая поведением, может стать весьма ошибочной, так и

теории, сосредотачивающиеся на поведении и пренебрегающие переживанием,

становятся неуравновешенными.

Согласно теории игр, "люди обладают набором игр, основанных на

конкретных наборах известных взаимодействий. Другие могут играть в игры,

которые достаточно запутанны, чтобы позволить разыгрывание более или менее

стереотипных драм. У игр есть свои правила, своя публика и свои тайны.

Некоторые люди играют, нарушая правила, по которым играют другие. Некоторые

играют в необъявленные игры, делая ходы, которые может расценить как

задумчивые или откровенные лишь знаток подобных тайных и необычных игр Переживание отрицания.

Подобным людям - предполагаемым невротикам или психотикам,-возможно,

необходимо подвергнуться церемонии психиатрической консультации, приводящей

к диагнозу, прогнозам и рецептам. Лечение будет состоять в указании им на

то, что природа их игр весьма неудовлетворительна, и их, вероятно, обучат

новым играм. Личность реагирует отчаянием скорее на потерю игры, нежели на

чисто "объективную потерю", то есть на потерю соучастника или соучастников в

качестве реальных личностей. Важно лишь продолжение игры, а не сохранение

личности играющих.

Одним из преимуществ такого подхода является то, что он связывает людей

вместе. Неумение увидеть поведение одной личности в связи с поведением

другой привело к большой путанице. В последовательности взаимодействия между

р и о (личностью и объектом): pi Переживание отрицания -01 -р2 - 02 - рз - 03 и т. д., вклад р

(pi, р2, рз) изъят из контекста и прямо связан как pi -р2 -рз. Потом такая

искусственным образом полученная последовательность изучается в качестве

изолированной сущности или процесса и могут быть предприняты попытки

"объяснить" ее (найти "этиологию") с точки зрения

генетическо-конститупиональных факторов или внутрипсихической патологии.

Теория объектных отношений, как заявил Гантрип, пытается достичь

синтеза между внутри- и межличностным. Понятия внутренних и внешних объектов

и закрытых и открытых систем имеют некоторый смысл. Однако по-прежнему

рассматриваются объекты, а не личности. В переживании к объектам применим

вопрос "что?", а не "как?". Сам мозг есть объект переживания. Нам

по-прежнему необходима феноменология переживания, включая так называемое

бессознательное Переживание отрицания переживание,-переживания, связанного с поведением личности,

связанной с личностью, без расшеплений, отрицаний, деперсонализации и

овеществлений -всех бесплодных попыток объяснить целое за счет части.

Системы и игры могут иметь место, и в них можно играть в электронных

системах, или в них могут играть электронные системы. Что является

специфически личностным или человеческим? В личностных взаимоотношениях

присутствует не только взаимодействие, но взаимопереживание, и именно в этом

состоит их специфически человеческое свойство. Одному взаимодействию без

переживания недостает специфически личностного смысла. Взаимодействуют

эндокринная и ретикулоэндотелиальная системы. Они не являются личностями.

Большая опасность в осмыслении человека посредством аналогии заключается в

том, что аналогия начинает выставляться в качестве гомологии.

Почему почти все теории деперсонализации, овеществления, расщепления Переживание отрицания и

отрицания стремятся показать симптомы, которые они пытаются описать? Мы

оставлены с взаимодействием, но где же индивидуум? С индивидуумом, но где же

другой? С моделями поведения, но где же переживание? С информацией и

сообщением, но где же чувство и сострадание, страсть и сочувствие?

Бихевиористская терапия представляет собой самый предельный пример

такой шизоидной теории и практики - она предлагает думать и действовать

исключительно с точки зрения другого без ссылок на "я" психиатра или

пациента, с точки зрения поведения без переживания, с точки зрения скорее

объектов, чем личностей. Поэтому она неизбежно становится методикой

не-встречи, методикой манипулирования и контроля.

Психотерапия должна оставаться постоянной попыткой двух людей

восстановить полноту человеческого бытия Переживание отрицания путем взаимоотношения между ними.

Любая методика, занимающаяся другим без "я", поведением при исключении

переживания, взаимоотношениями при пренебрежении личностями в их связи,

индивидуумами при исключении их взаимоотношения и более всего

объектом-который-нужно-изменить, а не личностью-которую-

нужно-принять, просто увековечивает болезнь, которую она должна лечить.

И любая теория, не основанная на природе человеческого бытия, есть ложь

и предательство человека. Бесчеловечная теория неизбежно приведет к

бесчеловечным результатам - если психиатр последователен. К счастью, многие

психиатры обладают даром непоследовательности. Однако такую ситуацию нельзя

считать идеальной.

Нас не интересует взаимодействие двух объектов или их действия в

диадной системе, нас не интересуют модели общения внутри системы, состоящей

из двух компыотеро-образных подсистем, принимающих Переживание отрицания и обрабатывающих вводимую

информацию и выдающих сигналы. Нас интересуют два источника переживания в их

связи.

Поведение может скрывать или раскрывать переживание. Я посвятил свою

книгу "Расколотое "я"" описанию некоторых вариантов расщепления между

переживанием и поведением. Но и переживание, и поведение сами по себе

расчленены мириадом различных способов. Дело обстоит так даже тогда, когда

предприняты грандиозные усилия по наложению на трещины слоя логичности.

Я полагаю, что причина такого замешательства кроется в смысле фразы

Хайдеггера: "Ужасное уже произошло".

Психотерапевты -это специалисты по человеческим отношениям. Но ужасное

уже произошло. Оно произошло со всеми нами. Психиатры тоже находятся в мире,

в котором внутреннее уже отколото от внешнего. Внешнее не становится

внутренним, а Переживание отрицания внутреннее -внешним лишь посредством переоткрытия

"внутреннего" мира. Это только начало. В качестве целого поколения людей мы

настолько отчуждены от внутреннего мира, что существует убеждение, что его

нет; а если он даже и есть, то он несущественен. Даже если он имеет какое-то

значение, он не является неопровержимым материалом для науки, а если так,

давайте сделаем его неопровержимым. Давайте измерим и сосчитаем. Определим

количественно душевную боль и восторг в некоем мире, в котором, когда

внутрений мир будет впервые открыт, мы, вероятно, обнаружим себя брошенными

и покинутыми. Ибо без внутреннего внешнее теряет свой смысл, а без внешнего

внутреннее теряет свою сущность.

Нам необходимо узнать об отношениях и Переживание отрицания общении. Но эти запутанные и

запутывающие модели общения отражают беспорядок личностного мира

переживания, на подавлении, отрицании, расщеплении, интроекции, проекции и

т. п.- на общем осквернении и опошлении которого основана наша цивилизация.

Когда наши личностные миры переоткрыты и им позволено вновь утвердить

самих себя, мы впервые обнаруживаем эту бойню. Тела полумертвы, гениталии

отделены от сердца, сердце оторвано от головы, голова отделена от гениталий.

Без внутреннего единства, а лишь с достаточным ощущением непрерывности,

чтобы ухватить индивидуальность,-расхожее идолопоклонство. Разорванные

-тело, разум и дух - внутренними противоречиями, разбросанные в разных

направлениях. Человек отрезан от своего собственного разума, а равным

образом отрезан от своего собственного тела -полубезумное существо в

сумасшедшем мире.

Когда Ужасное уже произошло, мы Переживание отрицания едва ли можем ожидать чего-либо иного,

кроме того, что Нечто, как эхо, ответит внешним разрушением на разрушение,

которое уже свершилось внутри.

Мы все втянуты в это отчужденное положение вещей. Этот контекст

является решающим для всей практики психотерапии.

Поэтому психотерапевтические взаимоотношения есть изыскание. Поиск -

постоянно подтверждаемый и обосновываемый заново - того, что мы все

потеряли, и некоторым это дается лучше других, вроде того, как некоторые

люди легче выносят недостаток кислорода, и это изыскание обосновано

разделенным с другими переживанием переживания, вновь обретенного

посредством терапевтического взаимоотношения здесь и сейчас.

Верно, что в психиатрии существуют порядки, даже институционные

структуры, охватывающие последовательность, ритм и темп терапевтической

ситуации, рассматриваемой Переживание отрицания как процесс, и они могут и должны быть изучены с

научной объективностью. Но действительно решающие моменты в психиатрии, как

знает каждый пациент и врач, когда-либо их переживавший, непредсказуемы,

уникальны, незабываемы, всегда неповторимы и зачастую неописуемы. Значит ли

это, что психотерапия должна стать псевдоэзотерическим культом? Нет.

Мы должны продолжать борьбу с нашим смятением и настаивать на бытии

человеком.

Экзистенция есть пламя, постоянно плавящее и изменяющее наши теории.

Экзистенциональное мышление не предлагает ни безопасности, ни дома для

бездомных. Обращается оно только к вам и ко мне. Оно находит свое

обоснование тогда, когда, несмотря на поток наших средств и стилей, наших

ошибок, заблуждений и извращений, мы найдем в сообщении другого переживание

взаимоотношения Переживание отрицания, которое установлено, потеряно, разрушено и вновь обретено.

Мы надеемся разделить переживание взаимоотношения, но единственным честным

началом - и даже концом - может стать взаимное переживание его отсутствия.


documentasupqjx.html
documentasupxuf.html
documentasuqfen.html
documentasuqmov.html
documentasuqtzd.html
Документ Переживание отрицания